КУРЬЁН БУЛИНЫЙ

публичный дневник Маргоши

РЫБА
buroba
Рыба весьма интересное животное. Есть в рыбе что-то непостижимое кроме того, что она еда. Рыба никогда не улыбается и не моргает, но отчего-то все происшествия, связанные с рыбой, застревают в памяти навсегда. По крайней мере в моей памяти они хранятся с самого раннего детства.

Мы с сестрой ещё совсем маленькие любопытные близнецы и нам очень интересно, что находится внутри рыбы, которую покупает мама, а разделывает всегда папа. Из всех рыбьих внутренностей самые интересные глаза, и наш папа с большим удовольствием рассказывает нам об их устройстве и показывает крошечные драгоценные хрусталики. Во времена нашего детства рыба продавалась живая и иногда на ночь ее укладывали спать в большой таз с водой. Эта рыба в тазу, как и все остальные члены нашего семейства, располагалась на полу одиннадцатиметровой комнаты среди наших с Розочкой кроваток и раскладушки нашего старшего брата. Мне теперь невозможно вспомнить, где спали наши родители, но нет никаких сомнений, что спали они на большой кровати в этой же комнате. И как-то раз глубокой ночью рыба в тазу проснулась и заскочила прямо к брату на раскладушку. То-то была потеха.

Я очень люблю рыбу в виде еды, но как личность она симпатии во мне не вызывает. Поэтому случай с бычками, хотя и доставил много неприятных хлопот, вплёлся, как и все десять дней на Казантипе, в сплошное счастье. Невозможно представить, что нам с Розкой было по тридцать семь, Мумрик с Мехом ещё не догадывались о будущих детях и вся их любовь доставалась нам и Алиске, которой было тогда семь. И Казантип был диким крымским островом с огромным дынным полем и бухтами, в одной из которых мы наслаждались своим счастьем. Вот тогда-то Мех с живущим в соседней бухте крымским милиционером наловили этих мерзких бычков. Они были похожи на крупных чёрных пиявок с недружелюбными тупыми и зубастыми мордами, а один из них даже укусил Алиску за пальчик, когда она хотела его погладить.
Мы с Розкой сели в море, поставили рядом две кастрюли и целый день под палящим солнцем чистили бычков. Эти бычки так и не узнали, свидетелями какого дня они были.

Переходя к заключительной части повествования признаюсь, что толчком к нему послужил сегодняшний день, в котором Мех, второй после Казантипа раз, поймал рыбу. Хорошо, что только одну! И, разделывая эту рыбу, я в который раз убедилась, что есть рыбу люблю, а так - нет!)

?

Log in