КУРЬЁН БУЛИНЫЙ

публичный дневник Маргоши

Previous Entry Share Next Entry
МЕДВЕДИЦА
buroba
Недавно в НЙ я встретилась со старой своей подружкой. Не совсем правильное обозначение давно ушедших отношений, но ничего удачнее в голову не приходит. Впрочем, мы изредка видимся и тогда я вспоминаю нашу дружбу, наших маленьких детей, наш смех и огорчения, наш общий воздух и надежду на счастье. А потом я спросила у нее про поход, но она совсем ничего про поход не помнила. Я очень удивилась, даже слегка огорчилась, но потом подумала, что она может о нем прочитать и, если и не вспомнить, то, по крайней мере, поверить в него.
Последний день апреля семьдесят девятого был, как всегда, необыкновенно жарким, и на ступеньках Ленинградского вокзала, где мы встречались, еще долго оставались наши потные следы. На поезде доехали до Твери, оттуда на автобусе до реки Медведицы, по которой собирались плавать четыре дня. Было уже совсем темно, когда, нагруженные байдарками и прочим необходимым снаряжением мы вывалились из автобуса и, стоя на высоком берегу реки, высматривали себе стоянку. Ужинать в темноте мы не стали и измотанные долгой дорогой завалились спать в наскоро собранных палатках.
Первомайское утро было теплым и радостным. Мы похлебали манную кашу, которой нас угостили из огромного ведра наши соседи, заядлые путешественники из института Биофизики, и, разомлев от еды и тепла, лежали на мягкой травке и наблюдали, как бодрые ученые, несмотря на свой весьма преклонный возраст, в считанные минуты снялись с постоя и уже прощались с нами, размахивая своими старомодными кепочками.
Переварив завтрак, мы принялись собирать наши байдарки, две из которых оказались к плаванию непригодными. И пока наши мальчики несколько раз ходили в соседнюю деревню сначала за досками, потом за гвоздями, и когда мы, наконец, со всем имуществом, большая половина которого была лишней, оказались на плаву, солнце уже катилось на запад.
Возглавляла флотилию легкая немецкая байдарка, в которой находились наши близкие друзья Алик и Наташа.
Остальные две байдарки были обычные советские, неповоротливые и тяжелые, под названием «Салют». В одной плыли мы с Юрой, в другой – Юрин брат Саша и Виталик, обладавший редким даром верности. Он был единственным из друзей, способных любить нас обоих.
Мы с Юрой очень хотели взять с собой нашу двухлетнюю дочку, но, к счастью, в последний момент передумали. Это плавание было замечательно тем, что мы с мужем первый и последний раз в нашей жизни оказались в одной лодке. Саша был удивительно похож на брата не только лицом, но и привычкой проводить за шахматами большую часть жизни. Жена Виталика оказалась предусмотрительнее всех нас и плыть отказалась, а у Саши тогда вообще не было никакой жены.
Подгоняемые ветерком, мы легко скользили по Медведице, любуясь пробуждением природы, от которого на наших глазах выползали из висящих над водой веток, нежные листочки.
Через час была сделана остановка и мы с Наташей смотрели представление под названием «Преодоление бурного порога», в котором наши рыцари, оседлав перевернутые байдарки, буйно возились в обмелевшей речке.
А еще через час мы неожиданно заметили, что стало темно. Оставшегося времени хватило ровно на то, чтобы причалить к берегу, вытащить и перевернуть байдарки и со всех ног нестись к случайному сараю, в котором хранилось прошлогоднее сено. И пока абсолютно черное небо изливалось неистовым осенним ливнем, мы, зарывшись в сено, по-очереди отхлебывали водку из бутылки, прихваченной чьими-то заботливыми руками. В сарае было очень хорошо, но мы не могли, как бы нам этого ни хотелось, оставаться там навсегда. Впереди нас ожидали великие подвиги. Мы сразу, как только покинули гостеприимный сарай, в этом убедились.
Ясное, без единого облачка, зимнее небо повисло над нашими головами, а еще не высохшие купальники по известному закону физики стали быстро сокращаться. Стуча зубами и бестолково размахивая пупырчатыми конечностями, мы судорожно напяливали на себя все, что попадалось под руку, а попадалось очень даже много – мы все-таки не впервые совершали путешествие в это время года. Рассевшись по байдаркам все три пары пловцов, из которых самой благополучной парой были Саша с Виталиком, выглядели в своих шапках, варежках и шарфах как раз на ноль по Цельсию.
Почему мы не повернули обратно, а двинулись вперед, несмотря на страшный ветер, который дул теперь прямо в лицо? На это была только одна причина – бодрые туристы-биофизики успели рассказать нам, что в конце путешествия институтский автобус заберет их прямо с берега. Они даже предложили нам присоединиться, но мы тогда высокомерно отказались, - мы собирались плавать долго.
Можно было предположить, даже не имея четырех великих математиков на борту, что время упущено безвовзвратно, но нам очень хотелось догнать дружных туристов и ехать с ними в теплом автобусе под «Синий троллейбус».
По самым грубым подсчетам мы должны были плыть, налегая на весла, без остановок два дня. Но ночью плыть было темно, а днем, хотя бы несколько раз, необходимо было согреваться чаем или супом из пакетиков, для чего приходилось тратить время на небольшой, но все же костер, который не желал разгораться под нудным холодным дождем. Мы плыли три дня и две ночи, а вылезая утром из палатки, ступали на снежную травку. Кусты над рекой почернели, втянув назад молодые листочки, и все вокруг стало безутешно серым.
Встречный ветер уверенно набирал силу и мы прилагали неимоверные усилия, чтобы продвигаться вперед. К концу третьего дня, когда надежда оставила даже самое разгоряченное воображение, мы увидели автобус. Он стоял на берегу и, выпуская сизое облако дыма, собирался отъезжать.
Трудно представить, что нас могли услышать из плотно закупоренного автобуса с залитыми дождем мутными окнами, хотя вопили мы отменно.
До сих пор неизвестно, как нас заметили; скорее всего кто-то из биофизиков, обладавший особым чутьем, протер в стекле небольшое окошко.
Мы ехали в теплом автобусе под слаженный туристский хор и думали: как хорошо, что у кого-то из них случился аппендицит и это происшествие подарило нам целый лишний день.
Институт биофизики находился рядом с нашим домом и автобус высадил нас прямо в подъезд.
А потом мы сидели на кухне за круглым столом со знакомой цветастой клееночкой – зеленые груши, красные яблочки - и, обжигаясь, хлебали чай, обхватив чашки распухшими и белыми, как у утопленников, руками.

  • 1
Чудесная история) у меня есть похожая со снегом в Крыму, через который в мае мы шли 4 дня!

Меня поразило упоминание купальников. Я проверил, в это время в этом районе днем в среднем 10-12С, а ночь 5-6С. Вы должны были носить гидрокостюмы с подогревом, или зимнюю походную форму морских десантников. А если такой одежды у вас не было, зачем вы вообще поехали в это время? Почему не в июле или в августе? Ведь вы просто нарывались на воспаление легких или чего другого.

Как правило, такие упражнения здоровью не вредят. Наоборот, очень помогали мне, в свое время, выживать.

Спасибо! А ваша история написана? Я бы почитала!

Прочитала и порадовалась совпадениям!)) Жаль, в Крыму бывать не приходилось. На Казантипе только.

Да, похоже, правда? мне тоже показалось) Крым чудесен.

Даже мурашки по спине...

Надеюсь, теплые!:)

Вот это сплав. Такое не забывается!..
(много могу сказать в эту сторону, но пока помолчу, повоображаю, пораскрашиваю картинки в цвета безутешно серого.)

Да, испытание изрядное! Ветер дул такой, что грести без остановок надо было четырьмя руками. Если один отвлекался, байдарку тут же несло назад.

Плавали, знаем.
Мы такое на Белом море хватанули, когда ни на секунду нельзя бросить весло!

В этой местности тоже бывала.

Белое море классное... Но туда лучше не на байдарках)
Хотя! - есть рассказ моего израильского френда об одиночном походе по Белому морю- «О гусиных криках, бруснике, приливах и отливах, Белом море и белых ночах»
http://tourism-il.livejournal.com/3855584.html

совершенно замечательный.

Edited at 2016-07-15 09:26 am (UTC)

  • 1
?

Log in

No account? Create an account