?

Log in

No account? Create an account

КУРЬЁН БУЛИНЫЙ

публичный дневник Маргоши

Previous Entry Share Next Entry
О фильме
buroba
Сегодня, в великий праздник американского народа, мы с Мехом пошли в кино. Не голодные мы, да и индейку не припасли. Фильм - Мальчик в полосатой пижамке (The boy in the striped pyjamas). Эот фильм снят в Венгрии, в одной из множества стран, не преследующих своих граждан за отрицание Холокоста. Ну, что ж. Венгрия сделала шаг в направлении к истине. Я таких суровых без малейшей примеси фарса фильмов еще не видела.


  • 1
У нас, по-моему, как-то не анонсируется, но я поищу. он недавно снят?

В этом году.

Я понимаю. что это странно, но - в трёх предложениях напишите - о чём, или скорее что?

О том, что я только под утро сообразила о настоящем смысле этого фильма. Так было жаль доброго немецкого мальчика, случайно попавшего в газовую камеру с евреями.

А что значит "отрицание Холокоста"? И как за него можно преследовать?
То есть Вы имеете в виду, что в стране нет наказания за то, что человек считает, что Катастрофы не было? А как можно наказать дурака?

Уголовное преследование за отрицание Холокоста существует в Германии, еще в нескольких странах, а больше - нигде. Поэтому сейчас, когда пропаганда "отрицания" находит широкий массовый отклик, такие фильмы очень кстати. А "дураки" с учеными степенями переезжают из Германии в Россию. И в другие европейские страны.

А вы действительно считаете, что уголовное преследование может заставить поверить? Что если человек в чём-то убеждён, а его насильно переубеждают, то он поменяет своё мнение? Он ещё больше будет ненавидеть. Я не оправдываю этих людей ни в коем случае, Вы понимаете. Просто это не метод - лишить свободы за то, что человек "не ведает, что творит". Конечно, нельзя пройти мимо, потому что выросло уже не одно поколение людей, не только отрицающих Холокост, но и свято верящих в идеалы нацизма. Но если лишить этих людей свободы, проблема не решится. Не знаю, что с этим делать. Но такой тупой метод в лоб не поможет, мне кажется.

Может, я не права, поправьте меня, но мне кажется, Германия до сих пор не может пережить своё прошлое. Не может оправиться от стыда и чудовищости того, что когда было совершено лидерами этой страны. Не представляю, как живут люди, которые из поколения в поколение с кровью передают чувство вины. Не знаю, смогут ли они его когда-нибудь пережить.
Дина Рубина в одном из своих рассказов биографических описывала, какие меры предосторожности применяют к евреям, летящим в Израиль. Их ведут по отдельному коридору, в котором через каждый метр стоит солдат с автоматом и срывающейся с цепи собакой. Конечно, это не строй врагов, и людей ведут не в газовые камеры, но я похолодела, когда прочитала это. И думаю, все эти меры предосторожности диктует именно неизбывное чувство вины. А меры предосторожности в итоге принимают какие-то чудовищные формы.

Не знаю, наверно можно банально сказать, что в семье каждого человека должны с детства учить уважать все национальности в мире. Конечно, государство должно играть роль. Но наверно по-настоящему свою роль оно сможет сыграть, когда пройдёт время. Когда, или если, если это вообще возможно, немного уляжется память и ослабеет боль. Пока никто не знает, что с этим делать. Никто. К этому слишком страшно прикасаться, слишком страшно даже подумать. Это невозможно классифицировать, невозможно упорядочить и придать какую-то законную форму, записать в книге и по ней, как по правилу, действовать. Всё это слишком сильно не укладывается в головах людей. Потому что такого не должно было быть, потому что это какой-то всплеск, какая-то аномалия, чудовищная.

Любое злодеяние не должно остаться безнаказанным. Что же касается веры - нельзя научить людей верить, надо учить их знать и помнить, иначе будущего не будет. И далеко не всем зверское уничтожение людей кажется аномалией. А что с этим делать - уж точно не ждать, когда уляжется боль. Времени для этого давно нет. И всегда были и есть люди, способные не только на слова, но и на действия. Для меня это Януш Корчак, Анджей Вайда, мой приятель Павел Полян, написавший с Альфредом Кохом книгу "Отрицание отрицания", мы с вами - вот уже сколько!

Вы правы. Я не говорю, что надо бездействовать, ни в коем случае. Я только пытаюсь сказать, что те действия, которые предпринимаются, не то, чтобы не адекватны, они истеричны. Представьте себе, что толпу скинхэдов в России арестуют за то, что они избили еврея. Если это хоть кого-то взволнует, их посадят в тюрьму, где уже сидит миллион обозлённых, морально уничтоженных людей, которые ненавидят всех и вся. Наврядли в мозгу этой толпы что-то поменяется.
И не думаю, что Януш Корчак ратовал бы за аресты. Я слишком посредственно мыслю, чтобы представить, что он бы сделал. Но я думаю, что если бы государство ХОТЕЛО решить эту проблему (да, я скатилась к обсуждению ситуации в России), то можно было бы придумать более конструктивные методы. Не знаю, может это глупо, ну вот например, взять такого неверящего или отрицающего и в качестве административного наказания за его неверие заставить его месяц ухаживать за пожилым ветераном войны. Чтобы он ему порассказал, как оно было на самом деле. Чтобы он своими глазами, этот неверящий, увидел глаза и руки человека, который защищал его страну, как бы в ней погано ни жилось. И в общем не очень важно, еврей это будет или нет. Важно, чтобы этот неверящий увидел Человека.
Правда, ветеранов в России осталось так мало, что на всех скинов и прочих неверящих просто не хватит. Но вот я знаю, что Еврейский общинный центр устраивает всякие экскурсии для ветеранов, людей, переживших гетто. Если эти люди уже слишком старенькие и не могут выходить, им надо привозить еду на дом, общаться с ними, потому что многие старые люди в России одиноки. И если в этом неверящем есть хоть капля мозга и души, то в нём что-то дрогнет. Но вот Вы верите в то, что например, в России это возможно? То есть я могу себе представить, что такое гипотетически возможно в Москве, всё-таки здесь много ветеранов живёт, здесь есть условия и главное люди, которые могут хотеть такое сделать. Но вот в какой-нибудь Тотьме, не знаю, где человек выживает как может, где жизни нет, нет работы и можно только пить, чтобы как-то убить время - кому оно всё это надо?! Париться, что кто-то ненавидит евреев и не признаёт, что был Холокост.

И вот самое, наверно, страшное, что вот я, понимая всё и всё признавая, не пойду перевоспитывать эту толпу скинхэдов. Потому что мне страшно. Чтобы что-то тронулось, надо взять хотя бы одного за руку. И работать с ним одним. Только с ним. И если хотя бы один изменится - уже победа.
И вот чтобы взять и пойти менять хотя бы одного человека, надо быть очень-очень сильным человеком. Надо очень сильно ХОТЕТЬ и быть готовым положить на это жизнь. Возможно и в прямом смысле.

И фашисты, и скинхеды и вообще вся эта нечисть плодятся в условиях равнодушия и страха. А что касается до наказания - если бы на место Бахминой и Ходорковского посадили бы парочку фашистов - вот это уже был бы шаг вперед. А пока его нет, то и надеяться ни на что не приходиться. Наказание - один не из самых лучших способов обучения, воспитание - нужны учителя, которых слишком мало. Осознание вины в государственной политике, очень трудный и благородный жест, и если бы эту политику поддержали другие страны, "Международной конференция в Иране" могло бы и не быть. Что нам остается - оставаться людьми.

  • 1