маргоша (buroba) wrote,
маргоша
buroba

О ЛЮБВИ К < lj user="jimtonik">

"ИЛИ ПРЕДЧУВСТВИЕ ЛЕТА.....

- Ты уже встал,Гедали?
Это мама.Мама спросила и вышла в невысокую деревянную дверь -
в солнце - и исчезла,унесенная солнечным ветром...
- Ты уже встал,Гедали?
Меня спрашивал мамин голос.
Я уже встал. Гедали - это я.
Я,ослепший в прохладном полумраке деревенской кровати,
откинувший козлиную шкурку одеяла,ослепленный смуглым блеском своего детского тела.
Я,согреваемый вечным,бессмертным библейским огнем моей бабушки Мирл.
Я проснулся.
Смуглый отрок с тонкой еврейской кожей и потрясенным скелетом.
Тонконогий курчавый мальчик (ингеле) встал горячей от сна стопой
на деревенский пол...
Оставляя влажные следы на утренней земле,покачивая нагретыми бедрами,
вглубь двора степенно уходила корова.
Вишневые стволы горели на солнце...
Белье улетало в синее египетское небо...
У моего глаза,потрескивая,как на огне,сидела стрекоза.
- Маня,увизьмить свое видро, он уже полный!
Это бабушка Мирл.
- Гедали уже встал?
Я беру стрекозу за твердое бестрепетное крыло,
с трудом отдираю ее от своей головы,
смотрю в выпуклые неземные глаза,в которых ключевой холод...
Она выгибает горячее длинное тело в пластинках,
присасывается к самой себе.
Я ее отпускаю,и она,подумав,летит в огороды.
В полете я вижу,что у нее голова в скафандре.
- Ты уже встал,Гедали?
Я уже встал..."

Бывает так, что насыщенность любовью переливается через край, и ты бежишь скорее поделиться ею, и страх не донести тормозит бег и остужает жар и, добежав наконец и сложив драгоценную ношу, уже не птичьим свистом и восторженным "Ах", а словами, непонятно как заменившими слоги, выговариваешь душу!
Пусть моя восторженность кому-то покажется странной, но мне везет находить здесь своих близких! Во мне всегда был этот дар, или порок, выискивать, встретившись глазами. С раннего детства и до сих пор не проходит эта страсть поиска и чем дальше я живу, тем драгоценнее эти находки.
А уж когда увидишь - близких до сердечного стука в горле, - что может быть с этим сравнимо!
И как смотрит, и как смущается, и как неловко, господи, да точно моим жестом, смущение скрывает, и это сознание груза лет и мальчишеская походка и божественная легкость слога, как лепестки отцветших яблонь покрывших дорогу, по которой идет поэт Ефим Ярошевский.
В фильме он появляется в шестой части, немного раньше середины,(4.36)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments